Мотив дороги в произведениях В. Аксёнова

В литературе в это время происходит эпохальный сдвиг. Это отказ от реалистических установок, возврат к сюрреалистическим идеям и “новому роману” 1920-х годов, апелляция к модернистским приемам “автоматического письма”, “потока сознания”.
    В 1968 году появляется повесть "Затоваренная бочкотара", одно из самых знаменитых произведений Аксенова, в котором реализуются принципы новаторской поэтики и отвергается классический реалистический канон. Текст повести становится пародийным интертекстом по отношению к курсу русской классической литературы. Сюда включаются и "Кому на Руси жить хорошо" Н. А. Некрасова, и "Путешествие из Петербурга в Москву" А. Н. Радищева, и, в более общем смысле, роман путешествия как жанр, к которому Аксенов постоянно обращается.
    Но в "Бочкотаре" традиционные акценты несколько смещаются. Во-первых, в повести нет героя-путешественника, а все персонажи-путешественники в иерархии текста равны друг другу. Во-вторых, собственно путешествие для каждого из персонажей первоначально не связывается ни с поисками истины, ни с бегством от реальности. Все пассажиры являются случайными попутчиками, едущими по своим повседневным делам на стареньком грузовике Володи Телескопова. Стихийно возникает в процессе путешествия любовь пассажиров к сверхъестественному субъекту — самой “затоваренной бочкотаре”, которую Телескопову надо доставить в районный центр.
    Рабская преданность персонажей “очеловечивает” сам этот предмет настолько, чти в финале повести бочкотара улыбается пассажирам. Важным оказывается не событийный ряд, но ряд “мистический”: отношения персонажей к бочкотаре и их сны, выделяющиеся в самостоятельные части повести. “Затоваренная бочкотара” объединяет очень разных персонажей: Глеба Шустикова, Вадима Дрожинина, Ивана Мочёнкина. Она выявляет в них неожиданные силы (позволяющие даже победить милиционеров), а в финале вообще приводит к шутовскому катарсису. Все это позволяет считать именно “бочкотару” подлинным героем повести.
    В “Бочкотаре” исследователи традиционно склонны видеть метафору советской власти. Карнавальное мистическое иллюзорное пространство вокруг бочкотары передает абсурдность, бессмысленный “карнавальный” сдвиг советского бытия.
    Борьба с традиционным реалистическим автором-диктатором организует и художественное пространство романа "Золотая наша железка" (1973). Этот аксёновский текст пародирует традиционный жанр соцреализма — “производственный роман”. Здесь принципы производственного романа доводятся до абсурдной завершенности. В "Железке" ученые занимаются поисками некоторого таинственного вещества W. Это вещество обладает поистине неограниченными возможностями и по своим свойствам напоминает “философский камень. Но в "Золотой нашей железке" отсутствует обязательный счастливый финал — ученые не открывают искомого “минерала счастья”, а их работа оказывается бесполезной.
    В текст "Железки" вводится принципиально новый по отношению к реалистическому повествованию образ — образ “антиавтора”. Мемозов поначалу вторгается в роман на правах одного из персонажей, а затем приобретает таинственную власть — ставит под вопрос компетентность самого автора, вмешивается в ход повествования и постоянно меняет заданные автором сюжетные ходы. Именно в результате козней Мемозова в финале романа вещество W теряется, то есть теряется смысл соцреалистического канона как метафоры разумного труда, приводящего человека и к личным, и к социальным победам.
    Тема “борьбы с автором” продолжена и в романе "Ожог" (1969-1975). Фигура автора Толи фон Штейнбока дробится на пять равноправных повествователей. В построении текста Аксёнов следует традициям модернизма: одни и те же события даются в восприятии пяти повествователей, то есть с пяти разных точек зрения. В модернистской традиции наиболее известными произведениями являются проза Вирджинии Вульф и роман "Улисс" Джеймса Джойса. Однако, в "Ожоге" прием “дробления авторов” несет новые идеологические и стилистические функции.
    Разные повествователи с одним отчеством — Аполлинариевич — на метафорическом уровне становятся детьми одного античного божества — Аполлона, покровителя наук и искусств. Связь повествователей с наукой и культурой подчеркивается и их профессиями: скульптор, писатель, хирург, музыкант, биолог. Сюжет частной жизни Штейнбока резко противопоставлен миру окружающей действительности, миру тоталитарною общества. Этот мир в "Ожоге" однозначно связывается с темой насилия и зла. Внешний мир приводит повествователей к постоянным кризисам, и разочарованиям, к борьбе за свою творческую независимость.
    Тоталитарный мир — это также мир хаоса и абсурда. Абсурдность тоталитарного бытия видна во всех деталях. Так, единственную одежду, которую стоит покупать, носят только сами продавцы магазинов; центрами социального общения становятся пивные ларьки, в которых хронически нет пива; гардеробщики, официанты и бармены — старшие офицеры КГБ, то есть государственные чиновники; военный парад оказывается невозможным, поскольку танки требуют капитального ремонта. В этом абсурдном мире на части дробится не только автор, но и его возлюбленная, которая оборачивается то Мариной Влади, то Марией Кулаго, то Алисой, то заключенной, то медсестрой, то актрисой
    “Осколки” автора — знак общей осколочности, иллюзорности тоталитарного бытия. Эта тема продолжена и в романе "Остров Крым" (1977— 1979). Очевиден идеологический пафос произведения: коммунизм — это сила, направленная на разрушение. В своей деструктивной экспансии Советская Россия поглощает и уничтожает идеальную капиталистическую модель России Несоветской. Сила тоталитарной деструкции уничтожает не только прекрасный остров, но и самих героев — семью Лучниковых, Лунину, Кузенкова и прочих.

К-во Просмотров: 3008
Найти или скачать Мотив дороги в произведениях В. Аксёнова
© 2010-2019 «Cwetochki.ru»