Курсовая работа: Понимание богопознания в древнем мире
Ориньякские захоронения кроманьонца имеют для нас новую интересную деталь. Дно могил заранее посыпано охрой. Тело покойного снова посыпали охрой, накрывали лопатками мамонта и только после этого засыпали землей. Охра очень часто, почти повсеместно используется кроманьонцем как в заупокойном ритуале, так и при иных религиозных обрядах. Она символизирует кровь, жизнь и, говоря словами религиоведа Э.О. Джеймса, «выражает намерение оживить умерших через соединение с веществом, имеющим цвет крови»[31] . Не исключено, что именно этот обычай положил начало устойчивой ассоциации «того света» с цветом крови во многих религиозных традициях.
Нахождение рогов копытных, бивней мамонтов в могилах позднего неолита становится более распространенным, чем в захоронениях неандертальцев. Эта широко известная в человеческой культуре символика, наверняка должны были означать присутствие божественного покрова над человеком. Свидетельствовать не просто об уповании воскресения, но о надежде на воскресение в лучшем, чем этот, божественном мире.
Умерших полагали в расшитых раковинами моллюсков одеждах, не очень-то удобных в носке. Видимо, мы имеем дело со специально сшитым заупокойным облачением. Так хоронили и женщин, и детей, и даже новорожденных.
Но не все погребения имеют такой торжественно спокойный характер. В полной противоположности к ним оказываются находки связанных после смерти тел, иногда лишенных каких-либо заупокойных даров; людей, похороненных лицом вниз под грудой тяжелых камней; расчлененных трупов.
Согласно методу историко-феноменологической школы можно предположить, что бросали в яму без облачений, без правильного погребения, со связанными руками и ногами не из-за страха, что умерший встанет, но желая изобразить, как с законопреступником поступят на загробном суде. Тело грешника становилось своеобразной иконой мучений и гибели его души в инобытии, и, одновременно, поскольку образ и первообраз, тело и личность до конца, скорее всего, не разделялись по представлениям древних, должно было усиливать страдания души, лишенной божественного блаженства и воскресения.
Так ли думали ориньякские охотники на мамонтов, или они руководствовались иными мотивами, торжественно погребая одних из умерших и «казня» тела других, но ясно одно — «Люди последней ледниковой эпохи хоронили своих мертвецов в безусловной уверенности их будущей телесной жизни. Они, кажется, также считали, что в телах умерших продолжает длиться какая-то жизнь»[32] ,- пишет Дж. Марингер.
Если бы кроманьонские охотники не были убеждены в воскресении своих умерших, они наверняка не стали бы придавать такого значения заупокойному ритуалу и сохранению их физических останков. Простой опыт, безусловно, свидетельствовал им, что такое воскресение не наступит вскоре. Кости предков продолжали истлевать в земле, несмотря на охру, бивни мамонтов и ракушки каури. И то, что это не обескураживало древних охотников, не взращивало в них безверие, заставляет предполагать, что кроманьонцы[33] ожидали победы над смертью не вскоре, но в далеком будущем, когда все их ритуальные усилия принесут бесценный плод полносоставного телесного воскресения.
Связь с умершим. Но ожидание воскресения умерших отнюдь не означало для кроманьонца их полного исчезновения из жизни живых до наступления этого чаемого мига. Хотя кости покойников лежали в могилах, их души и силы оставались частью племени и принимали какое-то участие в жизни. О том, что так думали верхнепалеолитические охотники, мы можем догадываться по некоторым странным, на первый взгляд, находкам. Это так называемые ревуны, изделия из рога с доминирующей трехчастной символикой. Применяя метод сопоставления с практикой современных внеисторических народов, можно утверждать, что они использовались для общения с предками. Когда по ревуну проводят специальными предметами (гребнем, шкурой тотемного ?