Мартин Иден

. эх, да и умереть. Книжки не врут. Есть на свете такие женщины. И она такая. Он воспарил на крыльях воображения, и огромные сияющие полотна раскинулись перед его мысленным взором, и на них возникали смутные гигантские образы - любовь, романтика, героические деяния во имя Женщины - во имя вот этой хрупкой женщины, этого золотого цветка. И сквозь зыбкое трепещущее видение, словно сквозь сказочный мираж, он жадно глядел на женщину во плоти, что сидела перед ним и говорила о литературе, об искусстве. Он и слушал тоже, но глядел жадно, не сознавая, что пожирает ее глазами, что в его неотступном взгляде пылает само его мужское естество. Но она, истая женщина, хоть и совсем мало знающая о мире мужчин, остро ощущала этот обжигающий взгляд. Никогда еще мужчины не смотрели на нее так, и она смутилась. Она запнулась, запуталась в словах. Нить рассуждений ускользнула от нее. Он, пугал ее, и, однако, оказалось до странности приятно, что на тебя так смотрят. Воспитание предостерегало ее об опасности, о дурном, коварном, таинственном соблазне; инстинкты же ее победно звенели, понуждая перескочить через разделяющий их кастовый барьер и завоевать этого путника из иного мира, этого неотесанного парня с ободранными руками и красной полосой на шее от непривычки носить воротнички, а ведь он явно запачкан, запятнан грубой жизнью. Руфь была чиста, и чистота противилась ему; но притом она была женщина и тут-то начала постигать противоречивость женской натуры.
    - Да, так вот. . . да, о чем же я? - она оборвала на полуслове и тотчас весело рассмеялась над своей забывчивостью.
    - Вы говорили, этому. . . Суинберну не удалось стать великим поэтом, потому как. . . а дальше не досказали, мисс, - напомнил он, и вдруг внутри засосало вроде как от голода, а едва он услыхал, как она смеется, по спине вверх и вниз поползли восхитительные мурашки. Будто серебро, подумал он, будто серебряные колокольца зазвенели; и вмиг на один лишь миг его перенесло в далекую-далекую землю, под розовое облачко цветущей вишни, он курил сигарету и слушал колокольца островерхой пагоды, зовущие на молитву обутых в соломенные сандалии верующих.
    - Да. . . благодарю вас, - сказала Руфь. - Суинберн потерпел неудачу потому, что ему все же не хватает. . . тонкости. Многие его стихи не следовало бы читать. У истинно великих поэтов в каждой строке прекрасная, правда и каждая обращена ко всему возвышенному и благородному в человеке. У великих поэтов ни одной строки нельзя опустить, каждая обогащает мир.
    - А по мне, здорово это, что я прочел, - неуверенно сказал Мартин, - прочел-то я, правда, немного. Я и не знал какой он. . . подлюга. Видать, это в других его книжках вылазит.
    - И в этой книге, которую вы читали, многие строки вполне можно опустить, - строго, наставительно сказала Руфь.
    - Видать, не попались они мне, - объяснил Мартин. - Я чего прочел, стихи что надо.

К-во Просмотров: 195053

Если вы ищите где нийти или скачать Мартин Иден, то Вам точно к нам!

Похожие произведения